Венесуэла: Федеральная война | ч. 25
Завершение Федеральной войны (она же — самая масштабная гражданская в истории Венесуэлы) прогнозируемо не привело к сколь-нибудь устойчивой стабилизации ситуации в стране. Да, формально либеральная партия победила, ее лидеры избраны президентом и вице-президентом, в 1864 году была принята очередная новая Конституция, изменилось даже название государства с «Республики Венесуэла» на «Соединенные Штаты Венесуэлы». Но не зря популярная восточная поговорка гласит: «Хоть сто раз скажи кишмиш — во рту слаще не станет!»... Так и венесуэльские либералы — хоть и «окрестили» свою страну, предельно «скосплеив» при этом «северных соседей» через Карибское море, — но до настоящих Соединенных Штатов им было, как говорится, как до неба пешком. Даже в своей Федеральной войне венесуэльским политикам удалось «догнать и перегнать Америку» разве что в удельном числе жертв боевых действий среди мирного населения — так что общие потери составили до 15 % его довоенной численности (в США война «Севера против Юга» забрала жизни лишь около 3% американцев). Но там «северяне»-янки хотя бы добились убедительной победы над «южанами». В силу чего ближайшие добрых десять лет последние имели приблизительно такие же «политические права» — как, например, жители обеих Германий первое время после поражения Третьего Рейха во Второй мировой войне. Собственно говоря, настоящие победы в гражданских войнах именно так и выглядят, — что называется, «сокрушительно». В Англии в 40-х годах 17 века, например, война между сторонниками короля и парламента закончилась тем, что Карлу Первому в 1649 году отрубили голову на эшафоте. Редчайший случай в европейской истории, где ранее головы всевозможных «венценосцев» считались священными — и лишиться их обладатели могли разве что в результате заговоров или на поле боя. И Великая Французская революция в конце 18 века завершилась не только казнью Людовика под номером 16, — но и серьезными «чистками» аристократических элит, включая и помощь гильотины. Аналогом того, что произошло в Венесуэле в 1863—64 годах, была бы ситуация сродни, например, той, как если бы в 1920 г. лидеры Советской власти с одной стороны — и всевозможные Деникины, Колчаки и Врангели с другой: — сели за стол переговоров. Договорившись по их итогу полюбовно править территорией бывшей Российской империи совместно — причем высшие государственные должности передавались бывшим «белогвардейцам». Конечно, такой сценарий выглядел бы ненаучной фантастикой. С другой стороны, и противоборствующие в Федеральной войне стороны отнюдь не напоминали собой даже отдаленное подобие не то что «красных» и «белых» 60 лет спустя, — но даже и сторонников короля и Оливера Кромвеля в Англии двумя веками раньше. Поскольку их сословная (марксисты бы сказали — «классовая») суть была практически одинаковой — основным «камнем преткновения» был не вопрос о собственности, эксплуатации, построении справедливого общества, — а просто чисто «шкурный» вопрос о власти для своей элитной группы. Пусть ее оппозиционная часть, именовавшая себя «либералами», и не брезговала использовать в качестве основной ударной силы против правительственных сил недовольных своим положением представителей «низов», обещая им «молочные реки с кисельными берегами» в случае своей победы. Естественно, забыв о всех этих посулах сразу после занятия этой публикой «коридоров власти». Причем даже только в отношении базисных вопросов собственности, — например, в виде отказа проводить «аграрную реформу», лишая гигантских земельных угодий латифундистов в пользу бедных крестьян, — но даже и в чисто юридических моментах формальной демократии. *** Так что о какой-то «решительной победе» либералов под конец Федеральной войны не могло быть и речи. Просто возникла «патовая» ситуация, — когда пока еще централистское правительство Паэса не могло установить полный контроль над охваченными партизанской войной полуразбитых в генеральных сражениях силами либералов, — но и последние не могли «сковырнуть» оппонирующих им консерваторов, захватив, например, столицу Каракас. Но при этом ни за что не хотели признать свое бессилие одержать убедительную победу, — продолжая «диверсионную» войну, тем самым углубляя кризис и разруху в и так натерпевшихся обществе и экономике Венесуэлы. Тем более что «кадры», используемые либеральной партией для ведения подпольно-партизанской деятельности были, мягко говоря, не всегда управляемыми — и «белыми и пушистыми» государственниками. Гораздо чаще в их мотивациях речь шла либо об обычных грабежах — либо грабежах под предлогом «установления социальной справедливости». Поддержать меня на Бусти: https://boosty.to/ivanzaitsevskii Мой ВК: https://vk.com/publiczaitsevskogo Мой телеграм: https://t.me/IvanZaitsevskii #Венесуэла #История #ЮжнаяАмерика #ИванЗайцевский #ИспанскаяИмперия #Колонии #КолонизацияАмерики #КолониальнаяИмперия #БорьбаЗаНезависимость #Колонизация
Завершение Федеральной войны (она же — самая масштабная гражданская в истории Венесуэлы) прогнозируемо не привело к сколь-нибудь устойчивой стабилизации ситуации в стране. Да, формально либеральная партия победила, ее лидеры избраны президентом и вице-президентом, в 1864 году была принята очередная новая Конституция, изменилось даже название государства с «Республики Венесуэла» на «Соединенные Штаты Венесуэлы». Но не зря популярная восточная поговорка гласит: «Хоть сто раз скажи кишмиш — во рту слаще не станет!»... Так и венесуэльские либералы — хоть и «окрестили» свою страну, предельно «скосплеив» при этом «северных соседей» через Карибское море, — но до настоящих Соединенных Штатов им было, как говорится, как до неба пешком. Даже в своей Федеральной войне венесуэльским политикам удалось «догнать и перегнать Америку» разве что в удельном числе жертв боевых действий среди мирного населения — так что общие потери составили до 15 % его довоенной численности (в США война «Севера против Юга» забрала жизни лишь около 3% американцев). Но там «северяне»-янки хотя бы добились убедительной победы над «южанами». В силу чего ближайшие добрых десять лет последние имели приблизительно такие же «политические права» — как, например, жители обеих Германий первое время после поражения Третьего Рейха во Второй мировой войне. Собственно говоря, настоящие победы в гражданских войнах именно так и выглядят, — что называется, «сокрушительно». В Англии в 40-х годах 17 века, например, война между сторонниками короля и парламента закончилась тем, что Карлу Первому в 1649 году отрубили голову на эшафоте. Редчайший случай в европейской истории, где ранее головы всевозможных «венценосцев» считались священными — и лишиться их обладатели могли разве что в результате заговоров или на поле боя. И Великая Французская революция в конце 18 века завершилась не только казнью Людовика под номером 16, — но и серьезными «чистками» аристократических элит, включая и помощь гильотины. Аналогом того, что произошло в Венесуэле в 1863—64 годах, была бы ситуация сродни, например, той, как если бы в 1920 г. лидеры Советской власти с одной стороны — и всевозможные Деникины, Колчаки и Врангели с другой: — сели за стол переговоров. Договорившись по их итогу полюбовно править территорией бывшей Российской империи совместно — причем высшие государственные должности передавались бывшим «белогвардейцам». Конечно, такой сценарий выглядел бы ненаучной фантастикой. С другой стороны, и противоборствующие в Федеральной войне стороны отнюдь не напоминали собой даже отдаленное подобие не то что «красных» и «белых» 60 лет спустя, — но даже и сторонников короля и Оливера Кромвеля в Англии двумя веками раньше. Поскольку их сословная (марксисты бы сказали — «классовая») суть была практически одинаковой — основным «камнем преткновения» был не вопрос о собственности, эксплуатации, построении справедливого общества, — а просто чисто «шкурный» вопрос о власти для своей элитной группы. Пусть ее оппозиционная часть, именовавшая себя «либералами», и не брезговала использовать в качестве основной ударной силы против правительственных сил недовольных своим положением представителей «низов», обещая им «молочные реки с кисельными берегами» в случае своей победы. Естественно, забыв о всех этих посулах сразу после занятия этой публикой «коридоров власти». Причем даже только в отношении базисных вопросов собственности, — например, в виде отказа проводить «аграрную реформу», лишая гигантских земельных угодий латифундистов в пользу бедных крестьян, — но даже и в чисто юридических моментах формальной демократии. *** Так что о какой-то «решительной победе» либералов под конец Федеральной войны не могло быть и речи. Просто возникла «патовая» ситуация, — когда пока еще централистское правительство Паэса не могло установить полный контроль над охваченными партизанской войной полуразбитых в генеральных сражениях силами либералов, — но и последние не могли «сковырнуть» оппонирующих им консерваторов, захватив, например, столицу Каракас. Но при этом ни за что не хотели признать свое бессилие одержать убедительную победу, — продолжая «диверсионную» войну, тем самым углубляя кризис и разруху в и так натерпевшихся обществе и экономике Венесуэлы. Тем более что «кадры», используемые либеральной партией для ведения подпольно-партизанской деятельности были, мягко говоря, не всегда управляемыми — и «белыми и пушистыми» государственниками. Гораздо чаще в их мотивациях речь шла либо об обычных грабежах — либо грабежах под предлогом «установления социальной справедливости». Поддержать меня на Бусти: https://boosty.to/ivanzaitsevskii Мой ВК: https://vk.com/publiczaitsevskogo Мой телеграм: https://t.me/IvanZaitsevskii #Венесуэла #История #ЮжнаяАмерика #ИванЗайцевский #ИспанскаяИмперия #Колонии #КолонизацияАмерики #КолониальнаяИмперия #БорьбаЗаНезависимость #Колонизация