Поход к нашему разбитому детскому дому №2, 20 километров памяти. Уральск ЗКО

Каждую осень мы, несколько бывших воспитанников, отправляемся в свой дошкольный детский дом № 2. Он находится в пригороде Уральска, в живописном месте на берегу озера Садовское. Нам уже за сорок, но другого дома у нас не было — этот единственный, родной. В 2018 году мы снова собрались в путь. 20 километров от города для нас не преграда: кто пешком, кто на велосипедах. С собой — нехитрый перекус и запас воспоминаний. Сейчас от нашего дома остались лишь руины. Подходя к ним, каждый раз чувствуешь, как захлестывает волна памяти о детстве, которое уже не вернуть. Мы бродим среди пустых глазниц выбитых окон и голых стен. Потолок провисает от заброшенности, но в памяти всё живо: «Здесь была столовая, тут — спальня...». Вспоминаем воспитателей и детские страхи — как нас пугали таинственным существом с чердака, которое заберет непослушных. Особенно запомнилась воспитательница Ира. Она сама мастерила нам маленькие блокнотики и дарила просто так — это было невероятно мило. Мы зашли на разрушенную кухню, заглянули в здание бывшей бани. Там, в тишине и прохладе заброшенной кочегарки, теперь преспокойно отдыхают лошади. На душе становится тягостно от того, что родные стены разрушаются и здесь больше не слышно детских голосов. Закончив обход, мы идем на любимую сиреневую аллею у крутого склона озера. Сидим, перекусываем и просто говорим о прошлом. А по пути назад, в город, собираем полевые цветы и ягоды. Из таких горько-сладких мелочей и состоит жизнь, в них — её суть и главный смысл.

Иконка канала Аскар Шайгумаров
3 подписчика
12+
2 просмотра
5 месяцев назад
12+
2 просмотра
5 месяцев назад

Каждую осень мы, несколько бывших воспитанников, отправляемся в свой дошкольный детский дом № 2. Он находится в пригороде Уральска, в живописном месте на берегу озера Садовское. Нам уже за сорок, но другого дома у нас не было — этот единственный, родной. В 2018 году мы снова собрались в путь. 20 километров от города для нас не преграда: кто пешком, кто на велосипедах. С собой — нехитрый перекус и запас воспоминаний. Сейчас от нашего дома остались лишь руины. Подходя к ним, каждый раз чувствуешь, как захлестывает волна памяти о детстве, которое уже не вернуть. Мы бродим среди пустых глазниц выбитых окон и голых стен. Потолок провисает от заброшенности, но в памяти всё живо: «Здесь была столовая, тут — спальня...». Вспоминаем воспитателей и детские страхи — как нас пугали таинственным существом с чердака, которое заберет непослушных. Особенно запомнилась воспитательница Ира. Она сама мастерила нам маленькие блокнотики и дарила просто так — это было невероятно мило. Мы зашли на разрушенную кухню, заглянули в здание бывшей бани. Там, в тишине и прохладе заброшенной кочегарки, теперь преспокойно отдыхают лошади. На душе становится тягостно от того, что родные стены разрушаются и здесь больше не слышно детских голосов. Закончив обход, мы идем на любимую сиреневую аллею у крутого склона озера. Сидим, перекусываем и просто говорим о прошлом. А по пути назад, в город, собираем полевые цветы и ягоды. Из таких горько-сладких мелочей и состоит жизнь, в них — её суть и главный смысл.

, чтобы оставлять комментарии