В тылу СВО под Херсоном бойцы-штурмовики 18-й армии «Днепра» после небольшого перерыва отправляются проливать пот на полигоны. Парни гоняют тактику городского боя: заходят на опорники, выкуривают условного врага, работают с «АК-12», «РПК» и гранатомётами из разных положений. В любом штурме, даже учебном, упор на слаженность: чтобы группы двигались как единый механизм, а выносливость позволяла не сбавлять темп даже под нагрузкой.
Отдельный блок посвятили борьбе с дронами. Для этого по воздуху гоняют макеты FPV и «Мавиков» с подвешенными внизу воздушными шарами на дистанции до полутора сотен метров. Бойцы отрабатывают, как быстро подавить воздушную цель из штатного ствола и гладкоствола. Инструкторы делают всё, чтобы бойцы не просто выполнили задачу, а вернулись максимально невредимыми.
Также себя зарекомендовали инструменты, о которых мы говорили в предыдущем выпуске. Это авиационные пулемёты. Такие как ГШГ и, например ЯКБ-12.7, которые были разработаны специально для боевых вертолётов. В свою очередь, ГШГ — четырёхствольный авиационный пулемёт, имеет также, как и ЯКБ вращающийся блок стволов, но использует патрон калибром 7.62.
Имеет паспортную скорострельность до 6 000 выстрелов в минуту и даёт «свинцовый ливень». Военнослужащие приспосабливают его на различные шасси, получив мобильный зенитный комплекс.
Однако здесь есть и важный нюанс, о котором не стоит забывать. Чтобы работать с ГШГ эффективно в наземных условиях, скорострельность необходимо уменьшать. Максимальный темп создаёт невероятный расход. Вы, наверно, видели ролики с неудачным, так сказать, прокрутом, когда лента уходит за секунды. Поэтому оружие получило доработку. В ходе модернизации пулемёт лишился газового двигателя и получил электропривод. Это позволило снизить темп стрельбы от 400 выстрелов в минуту. Боевой опыт настоятельно рекомендует снижать скорострельность при стрельбе по малоразмерным целям.
В 27-й мотострелковой бригаде группировки «Запад» бойцы проходят психологические тренировки для повышения стрессоустойчивости. Инструкторы по тактической, медицинской и психологической подготовке на основе боевого опыта спроектировали специальную полосу препятствий из 14 модулей с элементами психологической нагрузки. Один из наставников рассказал, что задача тренировки — помочь бойцу побороть страх, выработать адекватную реакцию в стрессовой ситуации и научить правильно принимать решения в бою.
Полоса нужна, чтобы морально подготовить парней к неожиданным поворотам. Через многократное прохождение тренировки у бойцов вырабатывается устойчивое отношение к перепадам давления, атакам и другим непредвиденным моментам. После каждого захода с парнями проводят беседу, разбирают проблемные вопросы и составляют индивидуальный план прохождения.
Чемпион мира по версии WBA Денис Лебедев расскзаал нашим бойцам, зачем надо побеждать инстинкт самосохранения. А также добавил, что не надо бояться ударов, и быть смелее.
На полигоне одного из соединений спецназначения ЦВО новобранцы проходят обкатку под реалии СВО. В данной тренировке работали в условиях «грязного неба», когда оно забито вражескими дронами. Бойцов учат маневрировать под атакой беспилотников, для этого используют дрон в защитном пластиковом каркасе, который парни ласково называют «тортик». Параллельно осваивают тактмед и эвакуацию раненых, в том числе с помощью робота «Омич». Все наработки инструкторы привозят прямо с ЛБС.
Один из элементов подготовки — имитация трубы, отсылка к опыту на Авдеевском и Судженском направлениях. Двигаться в узком задымлённом пространстве приходится почти вслепую. Следующие элементы: обязательная полоса препятствий (или психполоса) и марш-бросок на 10 км в полной выкладке. После такого бойцы учатся сохранять концентрацию и бить по дронам, в том числе из гладкоствола.
Поэтому крупный калибр, пулемёт на турели и тепловизор — вот что показывает реальную эффективность. Расчёт МОГ кочует по позициям и дорогам, отстреливая угрозу. На дальних подступах применяют «Корд» 12,7 мм и «Утёс» на турели. Для ближнего боя ПКМ и РПК, эффективно работающий как по пехоте, так и по дрону в радиусе 300 —400 м. При условии наличия нормального прицельного комплекса.
Дополнением к этим средствам выступают FPV-перехватчики. Операторские дроны Камикадзе, которые настигают вражеские БПЛА. В отличие от пулемётов, они не зависят от прямой видимости и могут работать в складках местности, а также перехватывать цели, уходящие от огня. Их применение особенно актуально против ударных беспилотников, которые пулемётный расчёт уже не достигает, а время на реакцию критично.
Сегодня говорим о том, что реально работает на передовой — мобильных огневых группах или коротко МОГ. Это не бронетанковый кулак, не зенитный ракетный дивизион. Это 3-4 военнослужащих с пулемётом и тепловизонным прицелом. Парни двигаются на пикапе и превращают дорогие вражеские крылья в металлолом.
Почему они вообще появились? Классические ПВО перегружаются большим количеством воздушных целей. Ограничение всегда в ракетном запасе. боекомплект на пусковых конечен, а перезарядка в полевых условиях — это время, которого у нас нет. Противник запускает под сотню «птичек». Ракета стоит, как полторы Лады «Гранта», а сбивает недорогой дрон вражеского производства, а то и БПЛА, который просто достался противнику от европейских партнёров на халяву.
На одном из полигонов МВО парни из МОГов завершили подготовку к боевым задачам. Несколько недель они гоняли защиту стратегических объектов от воздушных угроз. Программа интенсивная и заточенная под опыт СВО: огневая, инженерия, тактмед и, конечно, их главная специализация — борьба с беспилотниками. Расчёты учились сбивать быстрые малоразмерные цели из крупнокалиберных пулемётов и гладкоствола, оперативно менять позиции, работать в условиях помех. Всё в связке с товарищами: целеуказание, огонь, страховка.
Кроме того, бойцы учились выявлять цели визуально и техническими средствами, подавлять РЭБами. Отдельным блоком отработали маскировку техники, полевую фортификацию и эвакуацию раненых. Теперь МОГи в полной готовности защищать небо от беспилотной угрозы.
В России начали испытывать тяжёлый мультироторный беспилотник «Мотылёк», который способен поднимать до 300 килограммов полезной нагрузки. Аппарат разрабатывают как универсальную платформу: он может возить грузы на 50–60 километров, эвакуировать раненых, ретранслировать сигнал и даже сбрасывать тяжёлые боеприпасы. Скорость — до 100 км/ч. Управление пока по радиоканалу, но конструкция позволяет поставить спутниковую связь или оптоволокно. Сейчас разработчики выполняют по одному-два полёта в день, доводя аппарат до ума. Если испытания подтвердят надёжность конструкции, «Мотылёк» пойдёт в серию. Машина, по словам создателей, сможет поднимать ФАБ-250, но для таких задач нужны почти идеальные условия. Пока же «Мотылёк» отрабатывает доставку и связь.
К новым перспективным разработкам.
Не скрою, ключевая задача здесь — наладить мост между разработчиками и теми, кто будет этим пользоваться. Как отметил заместитель министра обороны генерал Армии Юнус-Бек Евкуров, обмен боевым опытом — ключевая линия, которая должна постоянно проходить между инструкторами и производителями.
Приведу в этом видео для начала пару изделий. Автоматическая пулемётная турель с системой машинного зрения. Сама обнаруживает и уничтожает БПЛА мультимоторного и самолётного типов. Всё это происходит без участия человека. Сейчас это, конечно, звучит как фантастика, но такие системы уже тестируются. Турель можно установить на зданиях, катерах и автомобилях.
Беспилотный катер грузоподъёмностью до 500 кг в паре с коптером. Коптер специальный сбрасывает на вражеские FPV-дроны сети или таранит их. Один такой коптер может перехватить до восьми дронов противника. Показательный пример того, как асимметричное решение бьёт по массированной угрозе.
В Херсонской области бойцы разведки 49-й армии отработали высадку на занятый противником берег. По легенде, разведчики на лодке под прикрытием артиллерии и ударных дронов подошли к необорудованному побережью, высадились, захватили плацдарм и закрепились на нём. Всё максимально приближено к реальному бою: скорость, слаженность и работа в связке с огневой поддержкой.
У разведчиков каждый боец взаимозаменяем. Парни проходят полный комплекс огневой подготовки со всеми видами вооружения, тактмед и курс управления БПЛА. Универсальность — это их залог успеха на передке.
В Хабаровском крае, на одном из полигонов ВВО, функционирует полноценный багги-мотодром с рвами, подъёмами, болотами и завалами. За десять дней интенсивного курса бойцы учатся уверенно сидеть за рулём мотовездеходов Desertcross (или «десертиков», как их прозвали сами парни) и кроссовых мотоциклов. На обучение приходят уже с опытом вождения, поэтому здесь идёт только доводка до уровня боевого применения непосредственно на ЛБС.
Мотоциклы в бою — это не просто средство передвижения, а инструмент, например, штурмовиков: мгновенный подъезд к позициям врага, подвоз БК и провизии, эвакуация раненых. И тут важно не просто уметь крутить ручку газа, а делать это в условиях, приближённых к боевым, в том числе и под атакой дронов. Парни отрабатывают приёмы на любой местности, чтобы на передке не теряться и работать чётко.
Боксёр Денис Лебедев показал российским бойцам, где находятся болевые точки врага. И как сделать так, чтобы даже в бронежилете противник понёс серьёзный урон.
С 1 июня 2026 года в Вооружённых силах Российской Федерации стартовал новый учебный год.
Программа построена с учётом опыта СВО. Это уже не абстрактные учения, а работа над теми угрозами, с которыми сталкиваются ежедневно.
Ключевые направления — огневая и тактическая подготовка, действия в городе, противодействие беспилотникам, инженерная подготовка и тактическая медицина. Главные условия полигонных занятий — это действия максимально приближеные к реальному бою.
Подготовлено большое число специалистов по борьбе с БПЛА. Впервые организовано обучение операторов РЛС ПВО. Раньше эту работу спускали сверху, а теперь понимают, что на передовой нужны свои специалисты. Налажено слаживание расчётов в FPV-перехватчиков. Так, в 333 центре боевой подготовки развёрнуто более 80 учебных мест. Инструкторы, те, кто прошёл через СВО. Они не читают лекции по уставу, а показывают, как выжить и выполнить задачу.
Противодействие БПЛА самолётного типа. Самолётные дроны — это глаза и руки противника на средних и больших высотах. Здесь работает эшелонированная система обнаружения. Мобильные радиолокационные станции фиксируют трассы на дальних подступах.
Операторы РЛС — новая профессия, которую начали целенаправленно готовить. Они ведут цели, передают координаты. После подтверждения цели в дело идут FPV дроны-перехватчики. РЛС показывает, куда летит враг, оператор FPV наводит свой дрон и уходит в таран дешево и сердито.
На дальности свыше полутора километров подключается ПЗРК «Игла», комплексы «Стрела-10» и «Панцирь». Но тут есть нюанс. Каждая ракета стоит, как хороший автомобиль. А дронов противник запускает десятками. Поэтому на ближнем рубеже мобильные огневые группы. Здесь варианты разнятся: от крупного калибра 12,7, «Корд», «Утёс», турели «с тепляком» до ПКМ и РПК.
Во многих случаях доказал свою эффективность авиационный четырёхствольный пулемёт ГШГ — Гладкоствольный пулемёт Гарева. Благодаря уникальной скорострельности, достигающей 6 000 выстрелов в минуту, он устанавливается на мобильной турели и броневике, например, на шасси КамАЗ.
Обстановка на фронте меняется с регулярной частотой, вслед за ней перестраивается и подготовка. На одном из полигонов в ЛНР парни из группировки «Запад» проходят полосу препятствий, где прокачивают выносливость и способность принимать решения под стрессом. Над ними летают учебные FPV-дроны: они и создают эффект боевой обстановки, и служат объектами для отработки противодействия «птичкам». Одновременно бойцы работают с «игрушками» потяжелее — ведут огонь из АГС и РПГ по условной живой силе и технике.
Занятия построены так, чтобы каждый боец чувствовал себя уверенно в любой ситуации: и под давлением дронов, и при работе с гранатомётами, и при штурме опорника. Всё, чтобы каждая боевая задача на Харьковском направлении была успешной.
В тылу СВО бойцы разведки группировки «Центр» оттачивают жизненно необходимый навык в нынешних боевых действиях — противодроновую борьбу. Парни учатся вести воздушное наблюдение, скрытно перемещаться, маскироваться с помощью спецкостюмов и поражать движущиеся БПЛА на разных дальностях и высотах. Для реалистичности используют неисправный FPV-дрон, который подвешивают на тросе к работающему беспилотнику — так имитируют вражескую «птичку».
Помимо дронов, разведчики отрабатывают и своё направление: налёты, засады и удержание позиций. Занятия максимально приближены к бою. Для полного погружения используют дымовые шашки, светошумовые и осколочные гранаты. Ну и руководят подготовкой инструкторы с десятками успешных боевых выходов за спиной. После прохождения всех тренировок парни отправятся выполнять задачи на Днепропетровское направление.
Боец MMA Алексей Олейник показал российским военным, как можно с помощью нескольких приёмов нейтрализовать врага и оставить его без колен.
Сегодня противодействие БПЛА в российской армии — это прежде всего люди. Их боевая подготовка и способность быстро учиться и адаптироваться. Необходимость обучения охватывает всех: от контрактников до срочников. От представителей служб безопасности предприятий до директоров концернов. Бойцы с дробовиками, операторы FPV с гарпунами, расчёты РЛС. Всё это должно работать в единой системе.