Музыкальный шедевр «Желтый Ангел» Александр Вертинский- Елена Камбурова

В вечерних ресторанах, В парижских балаганах, В дешевом электрическом раю, Всю ночь ломаю руки От ярости и муки И людям что-то жалобно пою. Звенят, гудят джаз-банды, И злые обезьяны Мне скалят искалеченные рты. А я, кривой и пьяный, Зову их в океаны И сыплю им в шампанское цветы. А когда наступит утро, Я бреду бульваром сонным, Где в испуге даже дети убегают от меня. Я усталый, старый клоун, я машу мечом картонным, И лучах моей короны умирает светоч дня. Звенят, гудят джаз-банды, Танцуют обезьяны И бешено встречают Рождество. А я, кривой и пьяный, Заснул у фортепьяно Под этот дикий гул и торжество. На башне бьют куранты, Уходят музыканты, И елка догорела до конца. Лакеи тушат свечи, Давно замолкли речи, И я уж не могу поднять лица. И тогда с потухшей елки тихо спрыгнул желтый Ангел И сказал: «Маэстро бедный, Вы устали, Вы больны. Говорят, что Вы в притонах по ночам поете танго. Даже в нашем добром небе были все удивлены». И, закрыв лицо руками, я внимал жестокой речи, Утирая фраком слезы, слезы боли и стыда. А высоко в синем небе догорали божьи свечи И печальный желтый Ангел тихо таял без следа. 1934 г. Александр Вертинский Именно с Александра Вертинского в России появился новый жанр - эстрада, который в ХХ веке станет ажиотажно популярным. Послушать и посмотреть на эпатажного шансонье ходила вся богемная интеллигенция. Александр Вертинский выступал в костюме «белого Пьеро» и в гриме, был символом городского искусства. Необычный сценический образ был не только сентиментален, но ироничен и ядовит, а песни уводили в иллюзорный мир, мир фантазий. Тексты песен простые, но слова особенные: «Я сегодня смеюсь над собой… Мне так хочется счастья и ласки, Мне так хочется глупенькой сказки, Детской сказки наивной, смешной. Я устал от белил и румян И от вечной трагической маски, Я хочу хоть немножечко ласки, Чтоб забыть этот дикий обман. Я сегодня смеюсь над собой: Мне так хочется счастья и ласки, Мне так хочется глупенькой сказки, Детской сказки про сон золотой…» 1915 г. На эстетическое мировоззрение Александра Вертинского повлияли поэты-современники Александр Блок и Игорь Северянин: Александр Вертинский в стихах перемешивал куртуазную экзотику с современностью, сказку с реальностью, которая пахла бензином и кокаином. Изумленной и восхищенной публики очень нравилась необычность исполнения и тексты песен. Журналисты называли его «остроумным и жеманным». Стихи Александра Вертинского именовали «песнями настроения» за четкую направленность лирических образов. Он описывал в стихах внутренний мир героев из разный социальных сословий, их разное отношение к миру в разном эмоциональном состоянии и, конечно, самое прекрасное чувство на Земле - вечная любовь, очень необычно, но поеятно: «Каждый тонет — как желает. Каждый гибнет — как умеет. Или просто умирает. Как мечтает, как посмеет. Мы с тобою гибнем разно. Несогласно, несозвучно, Безысходно, безобразно, Беспощадно, зло и скучно. Как из колдовского круга Нам уйти, великий Боже, Если больше друг без друга Жить на свете мы не можем?» В свои стихи Александр Вертинский вкладывал впечатления от путешествий, боль и тоску по Родине, надежду на прекрасное будущее. Этот необычный мир грёз, мечту Александр Вертинский дарил людям. «Над розовым морем вставала луна Во льду зеленела бутылка вина И томно кружились влюблённые пары Под жалобный рокот гавайской гитары. Послушай. О как это было давно, Такое же море и то же вино. Мне кажется будто и музыка та же Послушай, послушай,- мне кажется даже. Нет, вы ошибаетесь, друг дорогой. Мы жили тогда на планете другой И слишком устали, и слишком стары Для этого вальса и этой гитары». Немецкие фирмы «Parlophonre» и «Odeon» (1931-1932) впервые записали на пластинки 48 песен Александра Вертинского. Английская фирма «Columbia» - 22 песни. Польская «Syrena Electro» - 30 песен. А осенью 1934 года прошли гастроли Александра Вертинского в США. На его нью-йоркском концерте в «Таун-Холле» был «весь цвет русского артистического мира»: Федор Шаляпин, композитор Сергей Рахманинов, артисты балета Михаил Фокин, Вера Немчинова, Леонид Мясин. На выступление пришла и Марлен Дитрих. Но, в Советском Союзе единственную запись эстрадных романсов Александра Вертинского сделали только в 1944 и всего из 15 композиций. «Жёлтый Ангел» на пластинке не было: романс был запрещен цензурой. Но этот романс издавали подпольно и переписывали. Позже, «Желтый Ангел» включил в свой репертуар: Александр Феликсович Скляр и Алла Николаевна Баянова, а потом Александр Хочинский, Олег Погудин, Елена Камбурова.