100 дней до Великой Победы. Вологодчина в тылу и на фронте: выпуск 8
Александр Яшин — Обстрел Снаряд упал на берегу Невы, Швырнув осколки и волну взрывную В чугунную резьбу, на мостовую. С подъезда ошарашенные львы По улице метнулись врассыпную. Другой снаряд ударил в особняк — Атланты грохнулись у тротуара; Над грудой пламя вздыбилось, как флаг. Труба печная подняла кулак, Грозя врагам неотвратимой карой. Еще один — в сугробы, на бульвар, И снег, как магний, вспыхнул за оградой. Откуда-то свалился самовар. Над темной башней занялся пожар. Опять пожар! И снова вой снаряда. Куда влетит очередной, крутясь?.. Враги из дальнобойных бьют орудий. Смятенья в нашем городе не будет: Шарахаются бронзовые люди, Живой проходит, не оборотясь. Особое внимание поэт уделил описанию образов, которые вызывают ассоциации не только с Ленинградом, но и со всей Россией. Это снег, сугробы, самовар и печь. В видении поэта взрывная волна и осколки пролетели по всей родине. Когда же в тексте появляется печь, которую поэт олицетворил, сблизив со знакомыми и родными нам фольклорными и сказочными печками, начинает работать интересное противопоставление: в то время как статуи в виде львов разлетаются, как будто разбегаясь врассыпную, русская печь словно начинает угрожать пришедшему врагу. Образ печи, несомненно, служит для возвышения подвига простого русского человека в военные годы. Мало того, что герои стихов Яшина не показывают смятенья под обстрелом и не оборачиваются во время взрывов, автор показывает, как в один момент становится ничтожным то, что казалось величественным, и как подлинный героизм просыпается там, где виделась обыденность.
Александр Яшин — Обстрел Снаряд упал на берегу Невы, Швырнув осколки и волну взрывную В чугунную резьбу, на мостовую. С подъезда ошарашенные львы По улице метнулись врассыпную. Другой снаряд ударил в особняк — Атланты грохнулись у тротуара; Над грудой пламя вздыбилось, как флаг. Труба печная подняла кулак, Грозя врагам неотвратимой карой. Еще один — в сугробы, на бульвар, И снег, как магний, вспыхнул за оградой. Откуда-то свалился самовар. Над темной башней занялся пожар. Опять пожар! И снова вой снаряда. Куда влетит очередной, крутясь?.. Враги из дальнобойных бьют орудий. Смятенья в нашем городе не будет: Шарахаются бронзовые люди, Живой проходит, не оборотясь. Особое внимание поэт уделил описанию образов, которые вызывают ассоциации не только с Ленинградом, но и со всей Россией. Это снег, сугробы, самовар и печь. В видении поэта взрывная волна и осколки пролетели по всей родине. Когда же в тексте появляется печь, которую поэт олицетворил, сблизив со знакомыми и родными нам фольклорными и сказочными печками, начинает работать интересное противопоставление: в то время как статуи в виде львов разлетаются, как будто разбегаясь врассыпную, русская печь словно начинает угрожать пришедшему врагу. Образ печи, несомненно, служит для возвышения подвига простого русского человека в военные годы. Мало того, что герои стихов Яшина не показывают смятенья под обстрелом и не оборачиваются во время взрывов, автор показывает, как в один момент становится ничтожным то, что казалось величественным, и как подлинный героизм просыпается там, где виделась обыденность.