солнце встает с наркотиками или без

в незатейливых порезах корчатся силуэты когда-то запечатленных гримас. это лезвие сеул поочередно кромсает их среди кладбищ и покойного апреля, пока будто шестилетние дети они рыскают под гробовыми плитами. в виду беспринципности своих человеческих возможностей им остается только подражать кошачьему духу и трепетать перед все таким же призрачным прошлым.