История материализма и интеллектуальный материализм

Чарльз Вулф (Университет Тулузы Жан Жорес) Трудно отделить «материализм» как многогранное философское движение XVIII века от многочисленных полемических споров, окружавших его на протяжении всего столетия. Подобно своим родственным терминам «атеист», «гоббист» и «спинозис», «материалист» часто использовался скорее как уничижительный термин и заменитель, чем как философская позиция. Полемический аспект присутствует как в текстах того периода (например, Генри Мор и Ральф Кадворт), так и, что более удивительно, в работах по истории философии вплоть до ХХ века (которые критикуют её как разновидность либертинизма или как отрицание человеческой воли, причём последняя критика исходит как с марксистской, феноменологической, так и с христианской позиций): трудно отделить общепринятую научную оценку от общего тона осуждения того, что стало устоявшимся, общепринятым видением предмета, от «Кантовской истории материализма» Фридриха Ланге (1866), посвящённой выявлению предельных ограничений и апорий материализма, до других посткантианских и гегелевских историй XIX века, а также вплоть до ХХ века. Здесь я размышляю, отчасти в свете моей недавней публикации «Читать материализм» (2020), о возможности понимания философского значения истории материализма (включая методологическую проблему понимания доктрины через призму её критики), о том, какие «типы» или «разновидности» материализма следует различать (механистический против витального, метафизический против неметафизического, космологический против психологического и т. д.), и о месте в рамках (или за пределами) этих типов того, что некоторые могли бы назвать «разумным материализмом». Если существует или может существовать разумный материализм, находится ли он каким-то образом выше и за пределами методологических сложностей, подробно описанных выше?