Смерть на сносях. Трактат об Уме и Не-сущем. Фильм 1. ФОБИИ. Юрий Кузин 2021/2926

Смерть на сносях. Трактат об Уме и Не-сущем. Фильм 1. ФОБИИ. Юрий Кузин 2021/2926 ___________________________________________ Глава первая. ФОБИИ ___________________________________________ Что есть не—сущее, небытие, ничто, — задаётся вопросом Кузин. Увидев фотографию, на которой всё ещё бодрый старик Хайдеггер хитро улыбается, сощурив правый глаз и вскинув долу указующий перст, Кузин «обнаружил изъян фундаментальной онтологии, основанной на монокулярном миро—восприятии». Но что хотел «сказать» философ, сощурив глаз? И на что указывал, вскинув палец? «Возможно, — говорит Кузин, — Хайдеггер намекал на «око Гора», которому Сет выбил левый (лунный) соколиный глаз, после чего правый, символизирующий Солнце, стал видеть мир плоским. Так и есть. Сощурив глаз, философ ограничил обзор. Собственно об онтологической близорукости Хайдеггера и пойдёт речь». Из курса оптики известно, что объёмный взгляд на вещи порождается бинокулярным зрением (от лат. bini — «два» и лат. oculus — «глаз»), когда в результате фузии (лат. fusio — слияние) зрительные образы, возникающие отдельно в каждом глазу, сливаются в один образ. Возникает так называемый стереоскопический эффект. Но именно такого эффекта, как считает Кузин, лишена фундаментальная онтология Хайдеггера. Через экзистенциалы, предшествующие категориям и понятиям In—der—Welt—sein (бытие—в—мире), In—sein (бытие—в), Mit—sein (бытие—с), Sorge (забота), Geworfenheit (заброшенность), Befindlichkeit (находимость), Furcht (страх), Verstehen (понимание), Rede (речь) и др., немецкий философ абсолютизирует опыт проживания Dasein. «Таким образом, — говорит Кузин, — сиюбытность Хайдеггера монокулярна и тотально однонаправленна: человек вопрошает, бытие — ответствует. Но в действительности вопрошают/ответствуют и бытие, и ум, и небытие. Их соглядатайство образует универсалию тринокуляр, в собирающей линзе которого фокусируются взгляд—бытия, взгляд—ума, взгляд—ничто. Мир — сумма точек зрения, а истина — рабочая плоскость, на которую члены триады проецируют «своё» видение. Это видение абсолютно, полно, избавлено от аберраций/дифракций и соотносится с абсолютным знанием, которое не может быть добыто в прежней монокулярной системе координат, констант и парадигм... Главный вывод «Трактата»: мысль и ничто — тождественны. Мыслит само Ничто. «Я набрался наглости утверждать, что вправил Ничто вывихнутый сустав, чтобы небытие, хромавшее на левое копыто, как Мефистофель, зашагало в ногу с бытием, но не как новобранец, а как товарищ по оружию. А, вправив сустав, я отвёл казусу Парменида, — с его табу и запретами мыслить не—сущее как сущее, — место на полке архива. Пусть пылится».