ЮМОР НЕ ПО НОТАМ Как король поп-музыки Майкл Джексон устроил «революцию» в итальянском ресторане

— Майкл, умоляю, держи себя в руках! Это эксклюзивный обед с владельцем самой крупной звукозаписывающей компании Европы. Здесь решается судьба твоего контракта на двести миллионов! Никаких фокусов, никаких танцев на столе, просто вежливо улыбайся и ешь спагетти, — умолял менеджер мегазвезды, потея от волнения в дорогом римском ресторане. Майкл Джексон, в неизменных черных брюках, белых носках и темных очках, сидел за столиком, застенчиво улыбался и нервно теребил в руках вилку. Он кивнул: — Окей, Фрэнк. Просто спагетти. Никакой «лунной походки» до десерта.Но что же заставило великого артиста нарушить обещание и превратить деловой обед в шоу мирового масштаба? Предыстория: Римские каникулы суперзвезды Дело было в конце 1980-х, в разгар мировой «майкломании». Джексон прилетел в Рим для переговоров о суперконтракте. Ему нужно было произвести впечатление на чопорного итальянского медиа-магната, который славился своей консервативностью. Ресторан был выбран соответствующий — пафосный, старинный, с живой музыкой в углу, где два пожилых итальянца играли на скрипке и аккордеоне скучные неаполитанские песни. Сама шутка: Спагетти-джаз и лунная походка Обед начался напряженно. Магнат говорил о бизнесе, Майкл односложно отвечал. В ресторане стояла тишина, нарушаемая лишь звяканьем вилок и заунывными звуками скрипки в углу. Вдруг музыканты заиграли известную, но крайне медленную и печальную итальянскую песню. Майкл, который с детства привык жить в бешеном ритме фанка и соула, начал машинально отстукивать ногой под столом сложный синкопированный ритм. Нога дернулась раз, другой... и случайно поддела край тяжелой серебряной супницы, стоявшей на сервировочном столике рядом. Супница с грохотом опрокинулась на пол, обливая безупречный костюм официанта, который в этот момент проходил мимо с подносом спагетти. Официант по инерции споткнулся, и... тарелка с пастой и томатным соусом полетела прямо в центр стола, к ногам важного магната. В ресторане воцарилась мертвая тишина. Фрэнк-менеджер закрыл лицо руками. Магнат открыл рот от возмущения. Майкл Джексон, увидев эту сцену, мгновенно среагировал. Вместо извинений он вскочил со стула, его глаза загорелись. Он посмотрел на разлитый соус, который растекся по мраморному полу причудливыми красными лужицами. Это выглядело в точности как музыкальные паузы в его клипах. — О, нет! — воскликнул Майкл, но не испуганно, а артистично. — Это же... джаз-соус! Ритм! Он сделал фирменный резкий взмах шляпой, поправил очки и прямо посреди ресторана, среди разлитых спагетти, начал исполнять умопомрачительную «лунную походку», скользя носками ботинок между лужами соуса. Музыканты в углу от неожиданности перестали играть. Майкл щелкнул пальцами и запел своим высоким, звонким голосом переделанную на ходу строчку: «Билли Джин не виновата, что спагетти упали на пол...» Он сделал несколько сумасшедших пируэтов, закончив их своей знаменитой стойкой на носках, раскинув руки в стороны. Соус брызнул в разные стороны, попав даже на безупречно начищенные ботинки итальянского магната. Финал истории Весь ресторан, включая официантов и гостей за соседними столиками, замер от шока, а потом взорвался аплодисментами. Магнат, сначала покрасневший от гнева, вдруг рассмеялся. Это было настолько неожиданно, энергично и по-настоящему, что его снобизм улетучился. — Браво, Майкл! — закричал магнат, аплодируя стоя. — Я подписываю контракт прямо сейчас! Ты гений! Ты заставил меня танцевать под спагетти! Фрэнк-менеджер стоял в углу, вытирал пот со лба и шептал: — Слава богу, он не начал кидаться фрикадельками. Иначе это стоило бы нам еще пятидесяти миллионов. Майкл Джексон потом рассказывал, что это был самый короткий и самый успешный обед в его жизни. Он доказал, что настоящий артист может превратить любую катастрофу в шоу, если у него есть чувство ритма и... белые носки, которым не страшен томатный соус.