Амарсана Улзытуев МЯКИШЕВ в Тарту

МЯКИШЕВ Солнцеобильный Ра с голым торсом и великанских шортах, Яйцеголовый, со своей божественной двадцатичетырёхскоростной колесницы Встречает мя посреди Ленинграда и Санкт-Петербурга, Потчует из банки смородиновым вареньем, Вроде Мякишев, а вроде и сам Маяковский, Вроде бог солнца, а родился и живет в Петербурге, Ласковым голосом читает свои и вовсе не футуристические вирши, Лапает, как своих, поэтических жриц-весталок… Полонский, наш друг и брат, мне говорит – на самом деле он китайский дракон, Полон колдовского злата и баснословных вещей его запретный дворец, Хищным взором василиска выглядывает он поэтические клады мира, Хранит их от завидущих глаз тысячи лет, спрятавшийся и алчный… Вот идем мы по его величеству Петергофу, От сонного злата скульптур и фонтанов немея в восторге, Слышу сквозь шум фонтанов глас шелестящий с раздвоенным жалом: Ты бы видел, какой разор, какие руины здесь потомки варваров учинили … Ибо Ра, он же китайский змий, он же домовой Петербурга, Полтергейст, хронотоп Бахтина, лысый Нафаня на велосипеде, Тождественен Санкт-Петербургу, и вообще всему на свете, Поскольку он и есть решение задачи Пуанкаре, брат мой Либуркин… 07.05.16 УЛЗЫТУЕВ Амарсана В амбар слона Поставит запросто Луна В сравнении с Амарсаной Херня хернёй а Марс - иной! Лишь я могу Амарсане Налить кефир, а морса не Пиёт пиит Амарсана Поёт и спит, а мера сна В амбаре вовнутри слона (с) ЕМъ, август 2016