ВОТ ЛУЧИК ЗОЛОТИСТЫЙ ОТЫСКАЛ

Когда в прозрачной дымке утра, залитой влажной тишиной, вас встретит стайка незабудок, умытых свежею росой, и, если высоту мгновенья душа способна уловить, вам россыпь дивных озарений готовы те цветы явить. Из бирюзово-тёплой яви, из центра крошечных светил к вам в сердце Красота заглянет в сиянии небесных сил. В волну голубоглазых теней незримо спустится душа и в сонме чудных наваждений в зенит взлетит, едва дыша. Но стоит лишь холодным взором убрать невидимый покров, растает кружевным узором она в запястьях стебельков. * * * * * Белолицая берёза шелковиста и ясна; рядом солнечную бронзу выметнула вверх сосна. Под шатровым силуэтом, в лапах выпушенных ель расстелила в пятнах света ароматную постель. Сед, величествен и грозен, лес колышется, шумя кронами берез и сосен в храме Богобытия. В пнях омшелых, в буреломе, рядом с сизой стариной зелень через неживое к солнцу тянется листвой... Вот лучик золотистый отыскал росточек ландыша на моховой постели и паучок по струнке побежал, и тронул ветерок его качели. И оттого ль, что цвет тот непорочный под сенью крошечной ладошки-лепестка в незримое распахивает очи - взмахнула Радость крыльями листка. С ней я воспрянул вверх, склоняясь вниз. В поток гармонии, в танцующие блики я вглядывался, в зелени страниц Божественные прозревая лики. Смешно. Всего лишь Чистоты улыбка - и вот уже плыву под облака. Так вознестись нечаянно и зыбко по чарами лишь одного цветка! Всего. Но что, вдруг, Ангела рука мне из заоблачности перышко подбросит? Тому, кто больше ничего не просит? Что если свечи серебристых глав в ладонях нежного лесного изумруда вдруг затрепещут, к Небесам воззвав, и я в мгновенье причащусь их чуду.